В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, привыкший к тяжелому труду, то с топором в руках среди деревьев, то со шпалами у железнодорожного полотна, надолго покидал свой дом. Его жизнь проходила в бесконечных разъездах: валка леса, прокладка путей, возведение мостовых опор. На его глазах преображалась земля, а вместе с ней — и вся страна. Он видел и другую сторону этих перемен: изнурительную цену, которую платили за прогресс обычные люди, такие же, как он, и те, кто приезжал сюда в поисках заработка.
